Буддийское настроение в поэзии · 25

Уж не краше ль ночь могилы

Этих мрака полных дней?

Прямому культу смерти, кроме «Рассвета», посвящено и несколько лирических стихотворений, из которых приведу одно — «Встреча Нового года»:

Вином наполнены бокалы,

Смолкают речи, полночь бьет,

И вот как с пальмы лист увялый

Отпал прожитый, старый год.

На миг перед живым участьем

Смирилась власть враждебной тьмы,

И с новым годом, с новым счастьем

Поздравили друг друга мы.

Но мне какой-то голос странный

Вдруг прошептал привет иной,

Привет таинственный, нежданный,

Неслыханный дотоле мной.

И я взглянул: — в красе бесстрастной,

Сверкая вечной белизной,

Издалека, с улыбкой ясной,

Мне Смерть кивала головой.

Поклоняясь смерти, гр. Кутузов иногда по старой памяти христианских слов говорит о ней, как о переходе к иной, высшей форме бытия, но большею частью, верный своему общему буддийскому миросозерцанию, он видит в ней безусловный конец всякого бытия, сон без сновидений и без пробужденья:

Надо мной раскинешь ты свой полог,

Полог тот, как ночь, широк и чуден,

Я усну, и будет сон мой долог.

Будет долог, тих и непробуден.

Придя к обоготворению смерти, почему же, однако, гр. Кутузов продолжает жить?

Единственно только по малодушию, — отвечает он сам в стихотворении: «Свиданье со смертью», весьма напоминающем известную басню: «Крестьянин и смерть»21:

Она ко мне пришла и постучалась в дверь,

И я узнал тот стук, но с холодом испуга

«О, знаю, — я сказал, — я звал тебя, как друга,

И не страшусь тебя — приди, но не теперь».